«Коммунисты слишком погрязли в материализме»

В сети обычно смеются над группами верующих, которые называют себя «православными коммунистами», и у нас тоже возник определенный скепсис, когда наш собеседник, закатав рукава, стал объяснять принципы социалистической экономики будущего, но у Рыгалова марксизм и христианская вера сплелись в причудливо стройную систему. По мнению Рыгалова, именно справедливый экономический уклад создает основу для духовного роста. А справедливый уклад может бы

— Я себя всю жизнь, ну, в общем, я, как плоть от плоти рабочего класса все-таки, думаю о плановой экономике. Там нам было хорошо. Плановая экономика XXI века — это так: все будут заряжаться, как компьютеры, от общей сети.

Рыгалов не думал о подробностях экономического уклада, который бы устраивал его как христианина и как коммуниста. Главное — необходим полный отказ от торговли как способа взаимодействия между людьми, только кооперация. Объясняя методы и способы кооперации, Олег Геннадьевич по-прежнему стоял по щиколотку в луже и не обращал на это ровным счетом никакого внимания, а в ответ на наши увещевания только подкручивал ус и продолжал излагать свою экономическую программу:

— Торговли не должно быть, по большому счету. Снабжение всех категорий населения через профсоюзы, через кооперацию. То есть просто, скажем, я работаю в строительном управлении, рабочий, да? Захожу в свою контору, а там сидит Иван Иванович, инженер по снабжению. Я: «Так и так, Иван Иванович, хочу то-то, то-то, то-то». По образцам посмотрю, по этому, все, что мне надо. Все доставляют тебе на работу или домой.
А торговля — это обманная структура. Раньше было восемнадцать способов обмана. Недовес, например. Знаете? На каждом развесе продавец обязан обмануть покупателя на 10—15 граммов. Стрелка никогда не останавливается в пользу покупателя. И если специально ждать, она остановится только в пользу продавца. И плюс увлажнение продуктов, подпиливание гирек, магнитики… Восемнадцать способов обмана. Я даже вырезку из газеты долго возил с собой.

Однако ни социалистический взгляд на экономику, ни искренняя вера не мешают Рыгалову критиковать и нынешних коммунистов, и церковь. Коммунисты, по его мнению, «погрязли в материализме» и антиклерикальной пропаганде, а церковь слишком много потратила времени в слиянии с государством. Но сейчас дело налаживается.

— Они (христианство и коммунизм) у меня не ругаются между собой, потому что раньше, когда православная церковь была опорой антинародного режима, конечно, много против нее накопилось нехорошего. А сейчас она, поскольку отделена от государства, церковь, то есть она может духовностью заниматься. Конечно, типа у священников там и джипы, и толстые животы, и прочее, но я туда не лезу. Я в церковь прихожу к Богу. А священник, он такой же грешник, как и все. И Господь ему судья. Он же рукоположен, священник, он же несет ответственность перед Иисусом, не перед людьми, так что лучше в критику такую мирскую не надо ударяться. Это уже личные отношения с Господом Богом.

В этот момент мы переглянулись — параллели с хозяином «Ясной» становились слишком уж очевидны. Взгляды и идеи Рыгалова, рожденные незаурядным умом и богатым жизненным опытом, отдавали толстовством, но толстовством очень живым, органичным.

— Идет поиск истины в экономике. Как, к чему мы идем? Что нам надо? Тупиковая ситуация: первый этап социализма прожили. Рабочий класс хорошо жил. Кто работал, не пьянствовал, не опаздывал, не прогуливал, кто соблюдал дисциплину производства, — жил хорошо. Плохо жили разные, которым слишком много надо. Хотели все и сразу. И всякие лентяи, проходимцы, те — да, были недовольны советской властью. А кто нормально работал, дисциплинированно, стремился повысить квалификацию, те жили хорошо.