Это была не просто работа

Авторы: Калинникова Наталья, Бойкова Ольга

Деревня Ивановка расположена в Куркинском районе Тульской области, всего в 6 км от музейного комплекса «Куликово поле». Общественного транспорта нет, можно добраться на личном автомобиле или на велосипеде.

Важно знать: в деревне находится ближайший продуктовый магазин (время работы — ориентировочно с 10 до 19 часов). Он пригодится вам в том случае, если по дороге на Куликово поле вы не запаслись провиантом, но собираетесь остановиться здесь на пару дней.

Дело в том, что в экопоселении «Моховое» (домики для проживания на территории музея) магазинов нет; местное кафе рассчитано на туристические группы, которые привозит автобус, и также закрывается ровно в 19:00. Если вы не успели на ужин, то возможности что-то купить и приготовить у вас нет. Вся надежда — на этот деревенский магазин, ассортимент которого, впрочем, весьма богат (только печенья здесь около двадцати видов).

Экскурсовод первого музея «Куликово поле» Валентина Александровна Лабзина родилась и всю жизнь живет в Тульской области, фактически — на самом Куликовом поле. Она рассказала нам о своей прежней работе и поделилась мыслями о современном музее.

Еще в автобусе, по дороге на Куликово поле, Майя Александровна Кучерская поделилась: «Вот было бы здорово пообщаться с бабушками, с настоящими, деревенскими! Они всю жизнь здесь прожили, а теперь тут музей, суета, туристы — как они на это смотрят?» Мы согласились, что, в принципе, это было бы интересно. Впрочем, когда мы разделились по парам и распределили, кто у кого берет интервью, выяснилось, что все наши собеседники — люди среднего возраста или вообще молодежь. Тогда мы с Майей Александровной и еще тремя нашими студентками решились на авантюру: расспросили у дамы на ресепшен, кто работал здесь раньше и как их найти. Нам без промедления назвали несколько фамилий, но когда дело дошло до адресов… «Ой, вот этого не подскажу! Деревня Ивановка, а дальше там спросите». Вот оно, соприкосновение с иной реальностью, началось: когда сам живешь в селе, помнишь каждый двор, но как объяснить приезжим?

Тут надо сказать, что Куликово поле — не музей в традиционном понимании, а, собственно, поле. Открытое пространство, на котором, кроме музея, расположено экопоселение Моховое, мемориал на Красном холме, храм Сергия Радонежского (кстати, освященный в 1917 году, буквально накануне Революции) и село Монастырщино. Сотрудники музея проживают со своими семьями в близлежащих поселках, таких как Ивановка или Епифань. Согласно информации с официального сайта, «Достопримечательное место „Куликово поле и памятники на нем“ имеет площадь 7556 гектаров» и расположено сразу в трех районах Тульской области: Кимовском, Куркинском и Богородицком. Вот где-то посреди этих просторов нам и предстояло найти респондента-очевидца, который мог бы рассказать о прошлом музея.

Садясь в машину, мы утешались той мыслью, что найти человека (тем более наверняка известного среди односельчан по прежней профессии) — задача посильная. Но вот захочет ли этот человек говорить с нами, пустит ли на порог, поймет ли, чего мы от него хотим? Для горожанина ответ «нет» очевиден. С другой стороны, эта неизвестность добавляет азарта. Одно дело — беседовать за чашкой чая в комфортном кабинете по предварительной договоренности, и совсем другое — поехать вот так, куда глаза глядят, зная только имя-отчество и условную точку на карте.

Ивановка — типичное русское село, самое простое, какое только можно себе представить. Две-три улицы, вольноотпущенные куры, недопиленные бревна навалены на обочину. Но вот что сразу бросается в глаза, это село — живое: участки небольшие, домики скромные, — зато нет заброшенных, заросших по самую крышу сорной травой и борщевиком. Нет, здесь все ухожено, и люди приветливы, и солнечный майский вечер погружает нас, пришельцев, в какую-то давно забытую пастораль. Конечно же, никто не знает номера соседских домов, главные ориентиры — школа, магазин, зеленая крыша. По таким приметам мы в конце концов и находим дом Валентины Александровны Лабзиной. Но калитка закрыта, звонка нет. Дверь придерживает кольцо из проволоки, насаженное сверху на высокий забор; немного поколебавшись, снимаем его и заходим внутрь (Оля шепчет: «Что ты делаешь, разве так можно?»).

Нам снова повезло — Валентина Александровна здесь, ходит между аккуратно расчерченных грядок и цветущих клумб. На вид ей около семидесяти или чуть больше; одета в простое темное платье, которое ей очень идет, и галоши (ловим себя на мысли, что уже давно не видели пожилых женщин в платьях — в городе предпочитают джинсы).

Валентина Александровна не сильно удивлена нежданным гостям. Уже через пару мгновений легкое замешательство на лице сменяется улыбкой радушной хозяйки. Нас приглашают присесть на лавочку, окруженную ненавязчиво пахнущими нарциссами и сочными тюльпанами. Кажется, теперь даже не обязательны подробные объяснения, кто мы и зачем пришли. Главное, что мы произнесли кодовое слово — «Куликово поле», — и теперь мы «свои» (по крайней мере, нам хотелось бы так думать).

Валентина Александровна начинает рассказ, хотя мы, растерявшись в непривычной обстановке, даже забыли представиться. Во всей этой ситуации есть что-то очень трогательное, и мы с Олей сразу же проникаемся сочувствием к нашей собеседнице. Когда человек рассказывает так, словно долгие годы тихо ждал кого-то, чтобы рассказать, — невозможно оставаться равнодушным. Даже не то чтобы ждал, — вовсе нет, просто оно копилось, жило все это время, невысказанное, привычное. Бывают люди, которые с нескрываемым удовольствием рассказывают о себе, причем умеют так повернуть, словно это их пришлось упрашивать. Валентина Александровна, безусловно, не из таких, хотя уж ей-то, бывшему экскурсоводу музея, человеку с огромным стажем работы в культурной сфере, безусловно, есть что рассказать. Однако она очень мало говорит о себе, осторожна и не категорична в суждениях, и какое-то простое доброе обаяние светится в ней. Авантюрное начало нашего путешествия перерастает в теплую беседу, где между строк остается больше, чем сказано вслух. Мы очень постараемся передать это в тексте.