Ольга Лукинова

руководитель отдела маркетинга и информационной политики МВШСЭН; преподаватель ИОН РАНХиГС. Автор книги «Цифровой этикет. Как не бесить друг друга в интернете» и телеграм-канала «Цифровой этикет»

 Ситуация № 1: скоро у вас начнется лекция в зуме / рабочая летучка в скайпе. К сожалению, в квартире полным ходом идет ремонт, и приходится сидеть на фоне разбросанных вещей и коробок. К тому же сегодня вы проспали, и кажется, что выглядите не лучшим образом. Вам не хочется показывать коллегам ни домашний беспорядок, ни уставшее лицо.

Вопрос: нужно ли выходить на связь с включенной камерой?

Варианты ответов:

А. Нужно, иначе собеседник будет общаться с «черным квадратом». Стоит включить камеру.

Б. Не нужно, ведь для нормальной коммуникации вполне достаточно и включенного микрофона. Камеру включать необязательно.

 Ситуация № 2: вы переписываетесь с преподавателем/начальником. Во время общения вы приходите к согласию по рабочему вопросу, и он отправляет вам одобрительное эмодзи.

Вопрос: нужно ли ставить эмодзи в ответном сообщении?

Варианты ответов:

А. Нет, так как это нарушает принцип субординации: я не могу позволить себе в переписке все, что делает начальник/преподаватель.

Б. Да, нужно. Собеседник первым отправил эмодзи, значит, я просто повторю его стиль общения.

 Комментарий эксперта:

 — В этикете есть два принципа: симметрии и субординации. Они вступают в некоторый конфликт.

 Первый принцип говорит, что иерархические отношения в реальной жизни переносятся и в интернет. Таким образом, ваша преподавательница Екатерина Васильевна не становится вдруг Катей, как только вы оказываетесь в сети. Второй принцип этикета при этом утверждает, что мы подстраиваемся под собеседника и стараемся ему подражать, в чем-то отзеркаливать его манеру коммуникации.

 Решать, какой из принципов берет верх, нужно индивидуально в каждом случае. Если мы понимаем, что у нас действительно очень жестко установленные иерархические отношения в обычной жизни, — условно говоря, преподаватель может позволить себе назвать вас Сашей, а вы ее Катей — нет, — то этот принцип, скорее всего, переносится и в цифровое пространство: собеседник может отправить вам смайлик, но это не значит, что вы тоже должны отправлять его в ответ.

 Или же, наоборот, вы, несмотря на дистанцию, подстраиваетесь под человека. Особенно если понимаете, что смайликами он показывает хороший и позитивный настрой, готовность к неформальной и дружелюбной коммуникации. В таком случае ваша чрезмерная сухость может быть воспринята как агрессия, нежелание общаться и намерение сохранить дистанцию.

 Так что в этой ситуации допустимо выбирать, на какой из принципов вы хотите ориентироваться. Однако в целом суть симметрии в том, что мы перенимаем поведение другого в мелочах. Например, есть такая спорная штука: писать «вы» следует с большой или с маленькой буквы в деловой переписке? Я проводила опрос в своем телеграм-канале «Цифровой этикет», и оказалось, что для одних подписчиков написание с большой буквы — это проявление уважения, а для других — подобострастие и попытка подлизаться. Мы никогда не знаем точно, каким образом человек относится к этому вопросу, поэтому просто смотрим, как он пишет, и подстраиваемся — принцип симметрии. То же самое необходимо делать со смайликами и эмодзи.


 Ситуация № 3: у вас проблемы на учебе/работе, поэтому срочно нужен совет профессионала. Вы находите контакт нужного эксперта и хотите попросить у него помощи.

Вопрос: стоит ли начинать коммуникацию с голосового сообщения?

Варианты ответов:

А. Не стоит, лучше потратить время и напечатать текст, потому что голосовые сообщения обычно раздражают.

Б. Стоит, ведь так будет гораздо проще передать суть просьбы.

 Комментарий эксперта:

  — Недавно я спрашивала у подписчиков своего телеграм-канала о том, нормально или нет отправлять голосовые сообщения. Так вот, 50 % опрошенных ответили: «Вообще ненормально, мы не хотим их ни видеть, ни слышать, не отправляйте голосовые сообщения».

 В любом случае следует иметь в виду, что мы не знаем точно, как на том конце провода отнесутся к голосовому сообщению. Мы без проблем отправляем голосовые, если понимаем, что человек нормально воспринимает такие сообщения и сам их отправляет; если у нас была предварительная коммуникация, в которой мы проговорили этот момент, а собеседник сказал: «Да, присылай мне голосовые». Если же мы не понимаем, как он относится к этому, то лучше, как обычно диктуют правила во всех остальных случаях, начинать с нейтральной позиции. Нейтральная позиция — писать в мессенджере, потому что так повелось изначально. Дальше можно обсуждать нюансы.

 Я думаю, что начинать коммуникацию с голосового точно нельзя, потому что подобное сообщение — это, по сути, кот в мешке. Грубо говоря, вы стучите ко мне в дверь и произносите: «Это Саша, открой, пожалуйста». Я слышу, что это вы, и тут же открываю дверь, потому что хочу поговорить. Если же вы присылаете голосовое сообщение, то как будто нажимаете кнопку звонка, бросаете у меня на пороге мешок и убегаете, а я вас даже не видела. У меня нет никаких подсказок для того, чтобы понять, хочу я или не хочу видеть, что находится в мешке, — я просто должна его открыть. То же самое касается голосовых сообщений: когда мы отправляем их незнакомому человеку, у него нет подсказок, слушать или не слушать.

 Но голосовые сообщения хорошо работают в ситуациях, когда вам коммуникация нужна больше, чем другому. К примеру, журналисты часто говорят эксперту: «Мне очень нужен ваш короткий комментарий. Вы можете его не писать, потому что я понимаю, что это долго, просто надиктуйте мне». Таким образом они показывают, что очень заинтересованы в общении и готовы сделать часть работы за человека. Этот ход в пользу собеседника можно использовать не только в диалоге с экспертом, но и с клиентом или потенциальным партнером.


Ситуация № 4: вы объясняете в переписке план учебного/рабочего проекта. У вас много идей, и вы хотите рассказать коллегам как можно больше деталей.

Вопрос: нужно ли делить сообщение?

Варианты ответов:

А. Нет. Если возможно уместить смысл в одно сообщение, не стоит разбивать его на множество частей.

Б. Нужно, поскольку сплошной длинный текст сложен для восприятия.


 Ситуация № 5: вы узнали, что в городе появилась банда живодеров. Вам небезразлична эта проблема, и вы хотите рассказать о ней на своей странице в соцсети.

Вопрос: нужно ли публиковать такую запись с надписью trigger warning [‛предупреждение о триггере’. — Прим. ред.]?

Варианты ответов:

А. Да, надо позаботиться о пользователях и предупредить, что этот контент может ранить их и вызывать неприятные воспоминания.

Б. Нет, ведь я публикую пост на личной странице, а не чужой, так что мне вовсе не нужно заботиться о реакции других людей.

 Комментарий эксперта:

  — Здесь начинается глобальный этический спор: когда я публикую что-то в социальной сети, то пишу это на своей странице или странице френдленты? Кто-то говорит: «Да, я пишу на личной странице, не нравится — не читайте или отпишитесь, это вообще не ваше дело. Заходить ко мне или нет — ваша ответственность». Кто-то, наоборот, принимает во внимание, что посты попадают в ленты пользователей, у которых могут быть совсем другие интересы, желания и ожидания относительно контента.

 Это достаточно сложная ситуация, в которой нелегко примирить сторонников разных позиций, потому что конфликт затрагивает множество сторон. Для одних недопустимое связано с визуальным контентом, для вторых — с матом и оскорбительной лексикой, а для третьих — политическими, религиозными и другими темами.

 Указание trigger warnings — крутая практика, которая дает нам возможность примирить эти позиции: я публикую то, что хочется, но при этом предупреждаю, что мой контент может триггернуть или задеть остальных.


Комментарии
  1. Лукинова О. А как вы относитесь к написанию «вы» и «Вы»? // Цифровой этикет. t.me URL: https://t.me/digitaletiquette/86
    (дата публикации: 09.11.2017).

  2. Лукинова О. А как вы относитесь к написанию «вы» и «Вы»? // t.me
    URL: https://t.me/digitaletiquette/86
    (дата публикации: 09.11.2017).